Домой Нефтехимия НЕФТЬ: ПЕРЕРАБОТКА ВЫСОКОГО КЛАССА

НЕФТЬ: ПЕРЕРАБОТКА ВЫСОКОГО КЛАССА

2317
0

Нефть, углеводороды…Падение цен на них больно ударило по всей экономике России. Как реорганизовать переработку этого важнейшего сырья, и на какой базе, чтобы не «сидеть на игле»и получать высококачественные бензины, полимеры, масла, смазки и другие продуктов высоких переделов.


 

Владимир Капустин,
генеральный директор ОАО «ВНИПИнефть» ,
заведующий кафедрой «Технология переработки нефти»
РГУ нефти и газа имени И.М. Губкина, доктор технических наук, профессор.

kapustin

— Владимир Михайлович, какие на ваш взгляд наиболее важные, требующие скорейшего решения, проблемы отрасли? Можно ли ситуацию изменить кардинально и к лучшему, чтобы экономика страны не зависила от мировых цен на нефть?

— Избавиться от влияния мировых цен на нефть и газ, определяющих развитие энергетики и мирового хозяйства в целом, ещё никому не удавалось. Думаю, что в ближайшей перспективе биржи будут сильно зависеть от этого. Однако, снизить их воздействие на экономику, и значительно, можно. Отечественным ведомствам и компаниям следует только кое-что поправить в работе нашей нефтепереработки и нефтехимии, так, чтобы они шли в сторону повышения эффективности продукции высоких переделов. Даже при резко обострившихся проблемах, связанных с санкциями и падением рубля, 2014 год, по сравнению с 2013, был для страны не таким уж плохим. И хотя в 2015 году картина несколько иная, ситуация резко изменилась, но всё говорит о том, что она тоже не стала губительной.

А значит, у правительства, российских компаний есть все возможности перестроиться. Остановлюсь на ключевых моментах. Первый момент – это ситуация, которая сложилась в нефтепереработке. Я говорю «в нефтепереработке», потому что нефтепереработка является частью нефтехимии. И, на мой взгляд, справедливо, что в Российской академии наук нет отделения нефтепереработки, а есть направление по нефтехимии. Считаю, что это две важнейшие отрасли, одна переходит в другую. Каждый день (на телеэкранах) мы видим, наряду с соотношением доллара к рублю и евро к рублю, сколько стоит нефть – сложная смесь углеводородов. Хотя нас пытаются убедить, что наша страна не «на игле», – она всё-таки «на игле».

Если вы еженедельно смотрите эти телевизионные картинки, то видите: скакнула нефть вверх – рубль поднялся вверх, скакнула нефть вниз – рубль установил очередной максимум в падении. Поэтому крайне остро стоит вопрос – нефть перерабатывать или посылать на экспорт, делать нефтехимические продукты в России или посылать сырьё за рубеж и оттуда привозить нефтехимические продукты. Думая об этом, мы, по существу, обсуждаем программы, наработанные ещё в 2010 году под руководством И.И. Сечина (тогда вице-премьера правительства РФ) и С.И. Кудряшова (тогда заместителем министра энергетики РФ, курировавшего вопросы российского нефтегазового комплекса). Первая – намечена до 2020 года по нефтепереработке. Вторая – до 2030- 2035 годов по нефтехимии. Отмечу, что в 2015 году прошло пять лет. И пять лет осталось до завершения программы по нефтепереработке. Подчеркну первый большой успех: нефтепереработчики РФ заданные в ней показатели качества бензинов и дизтоплива выполнили. Все перешли на пятый класс по нефтепродуктам. (Российские СМИ часто Евро-5 и класс 5-й принимают за одно и то же, а это не совсем так. Бензины 5-го класса могут иметь любое октановое число, вплоть до 76-го, а «Евро-5» имеет только 95). Только 5-й класс будет введён с 1 июля 2016 года по решению правительства РФ.

— А чего удалось достигнуть в области технологий, имея в виду качество?

— В 1990 году у нас практически все технологии в области качества нефтепродуктов были российскими. А когда мы подошли к 2010 году, то практически все технологии стали западными. Что же касается 2015 года, то мы решили вопрос с качеством. Помимо этого, у нас вновь имеется целый ряд конкурентоспособных российских технологий. Например, технология изомеризации легкой бензиновой фракции, созданная А.Шакуном из Краснодара, является одной из лучших в мире, позволяя выпускать вы- сокооктановый экологически чистый бензин. Эта технология в нашей стране работает уже на двенадцати НПЗ, вышла на мировой уровень, её закупает и Китай, и Румыния, есть целый ряд интересных предложений из Америки.

Вот ярчайший пример того, как за короткий срок можно выйти на мировой уровень (причём это не пробирки, не опытно-промышленные установки – это промышленные установки). И таких примеров можно привести много. В нефтепереработке есть интересные коллективы, которые работают над созданием конкурентоспособных технологий.

— Тем не менее проблема №1 в нефтепереработке – проблема глубины переработки остается?

— К сожалению, никакими постановлениями, совещаниями или заседаниями сдвинуть этот вопрос с мертвой точки пока не представляется возможным. Министерство энергетики РФ отрапортовал, что, по сравнению с прошлым годом, глубина переработки увеличилась на целых полтора процента, – увеличилась с 71% до 72,5%. Что такое 72,5%? Это означает, что выпускается мазута 27,5%, который стоит гораздо ниже. Однако нам есть куда идти, благодаря созданной технологии гидроконверсии гудрона. Владеет данной технологией Институт нефтехимического синтеза имени А.В. Топчиева РАН (его возглавляет академик С.Н Хаджиев).

Хочу подчеркнуть, что на сегодняшний день СВИПИНефть и ИНХС АН РФ уже закончили проектную и ведём рабочую документацию. Запуск намечен в 2017 году в ТАНЕКО, Нижневартовске. Благодаря компании ТАТНефть (генеральный директор Н.У. Маганов) создаётся промышленная установка мирового уровня по переработке гудрона на нанокатализаторах. Очень важно поддержать специалистов. Ведь благодаря новым разработками и подходам учёных, теперь из гудрона получаются одни жидкие продукты. На деле это означает, что проблема с твёрдыми продуктами, – которые всё равно получаются в процессе переработки нефти, – решена.

Только представьте, что в гудрон – совершенно тяжёлую вязкую жидкость – добавляют 5% жидкого катализатора, и в результате все эти тяжёлые вещества превращаются в светлые нефтепродукты. Несомненно, это революция. Таким образом, можно говорить о том, что в настоящее время мы сможем практически всю нефть переработать в светлые нефтепродукты. Подобные технологии осваивают в американской компании «UOP», итальянской компании «Eni». Работы идут одновременно, и Министерству энергетики надо поддерживать российскую технологию. Хотелось бы отметить ещё одно очень важное событие в отечественной нефтепереработке и нефтехимии, а именно проект новейшей катализаторной фабрики в Омске. Невозможно переоценить пользу от данного предприятия…

В настоящий момент ВНИПИнефть совместно с Газпромнефть завершили работу над его технико-экономическим обоснованием, проект одобрен инвестиционным комитетом компании. Это же 21 000 тонн катализатора… Теперь, практически, мы можем утверждать, что в области нефтепереработки у нас в скором времени будет катали- затор мирового уровня. Помимо этого, строится установка гидроочистки дизельного топлива, в Ангарске —  самая крупная в Европе. Планируется, что она будет давать «Евро-5» для дизельного топлива.

— А идея с кластерами? Как она реализуется сегодня?

— С моей точки зрения, идея с кластерами не задалась. Ну, ничего страшного, 2035 год ещё далеко, так что можно всё опять начинать с нуля. Сегодня мы сжигаем этан в огромных количествах. Почему за рубежом так сильно любят российский газ? А потому, что в газе содержится промышленное количество этана, и в Европе на этане создают этиленовое производство. А у нас этилен, в основном, производят из бензина (это при том, что из этана выход этилена 95%).

Не случайно академик А.Э. Конторович, выступая на разных заседаниях, постоянно говорит, что если в течение десяти лет мы не построим этиленовых производств из этана, то окончательно его сожжём. Наверное, у государства не хватает возможностей, чтобы эту беду остановить… А выход в быстром выстраивании кластеров. Сегодня активная жизнь идёт в двух из них. Первой я бы назвал «СИБУР» – это прекрасно организованная в плане инвестиций компания, где делается большое дело по созданию своего нефтехимического комплекса.

— Но многие специалистов волнует, что «Сибур» нанимает западные технологии, отдает строительство западным фирмам, и на свои компании не смотрит…

— Справедливости ради надо сказать, что это не совсем так. «Сибур» тут не одинок. По такому же пути идёт и «Газпромнефть»: компания очень хорошо занимается инвестициями, и тоже отдаёт проекты «под ключ» иностранным компаниям. Правда, мне представляется несправедливым, что сегодня, при наличии массы российских технологий, когда надо все замещать, по возможности, на российское, – что «Linde» и другим компаниям отданы работы «под ключ». Несправедливо, что зарубежные коллеги выбирают из российских компаний – кого взять на проектные работы, кого – на строительство, а кого – на поставку оборудования. Тем не менее, я бы не стал компанию за это остро критиковать, так как российский инжиниринг только недавно встал на ноги. Второй комплекс, который, как я считаю, должен быть немедленно достроен (стройка, к сожалению, тянется с 90-х годов) Это производство этилена и полиэтилена. Он до сих пор «достраивается». Руководство осуществляет Газпром.

Также проект отдан иностранным компаниям «под ключ». ОАО ВНИПИнефть готово довести проект до конца и просит денег в десять раз меньше. Но нас не слушают. Проводятся совещания, заседания… На мой взгляд, очень важно, что начался комплекс работ по Амурскому газохимическому комбинату. Надеюсь, что он будет строиться более активно, нежели производства в других кластерах.

— Как же сегодня, на ваш взгляд, должна развиваться нефтехимия в целом?

— Что касается развития нефтехимии в целом, то считаю, что она должна стать химией №1. Почему? Потому что нефтехимия может реально вытащить промышленность и экономику страны на более высокий уровень, – если мы решим вопрос с этиленовым производством и реально воплотим в жизнь те кластеры, которые наметили создать. Очень важно, чтобы намеченные установки, проекты не замораживались, а строились, нужно, чтобы использовались по назначению вложенные в них инвестиции. Государство должно новым производствам помогать развиваться. Наши отраслевые ведомства – Министерство промышленности и торговли, Министерство энергетики – проводят огромное количество совещаний, по итогам которых принимается много замечательных и полезных постановлений, резолюций.

Когда все эти документы читаешь, думаешь: «Теперь уж мы точно в самом ближайшем будущем станем мировыми лидерами». Однако посмотрите, что же получается в реальности, чем озабочены все наши специалисты по нефтехимии: из имеющихся 15 000 000 тонн сырья мы имеем всего только 2,5 этиленового производства. Я считаю необходимым под- черкнуть: из 15 миллионов тонн! Нам негде перерабатывать свое сырьё. Более пяти лет назад была принята Стратегия развития химической и нефтехимической промышленности. Но за эти годы не построено ни одной установки. Почему? А потому, что для этиленовых производств необходима дорогостоящая инфраструктура, нужны большие деньги. Однако если наверху к химикам прислушаются, если власти начнут реально заботиться о строительстве намеченных кластеров, если кластеры будет запущены в эксплуатацию, то в ближайшие 5-7 лет можно будет говорить о том, что мы активно развиваем нефтехимическое производство и вновь становимся равноправными членами мирового нефтехимического сообщества.

Статью читайте в журнале «Химия и бизнес» № 5-6 (192)

© Химия и бизнес. Републикация информации только при указании на источник:
журнал «Химия и бизнес» с активной ссылкой на сайт chembus.ru и статью журнала.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here