Домой Жизнь компаний Covestro: Мы знаем, откуда мы и куда мы идём

Covestro: Мы знаем, откуда мы и куда мы идём

4425
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

Музаффер Унвер,
covestro
генеральный директор ООО «Ковестро».


— Господин Унвер, в зарубежной и российской прессе то и дело встречаются сообщения об образовании новых компаний за счёт поглощений. А ваша недавно родившаяся компания Covestro, наоборот, образовалась путём выделения из концерна Bayer. Это что, новая тенденция, с чем она связана?

Mr.Unver копия — В мире крупного бизнеса идет постоянный процесс слияний, поглощений, выделения новых структур из материнских компаний. Bayer, когда на то созревали условия, не раз делал крупные поглощения, вспомним «Шеринг» в 2006 году и в прошлом году – безрецептурное подразделение Merck&Co. Так что рождение нашей компании не новая тенденция, всё происходит в русле мировых тенденций. Если проанализировать инвестиции концерна Bayer, станет всё понятно. И вот 18 сентября 2014 года Bayer официально заявил, что теперь сфокусирует свои интересы на биомедицинском направлении, и «распрощается» с химией. Почему? С одной стороны, очевидно, что биомедицинское направление становится мировым трендом.

В концерне оно, развиваясь очень активно, расширялось и усложнялось. И конечно, с другой стороны, вся структура концерна, постепенно вырастая, становилась более комплексной и сложной в управлении. Все направления требовали немаленьких инвестиций. MaterialSciencе, например, инве- стировал более 3 млрд. евро в про- изводственные мощности в Китае, где в Шанхае была построена самая крупная в мире установка по производству дифенилметандиизоцианата (МДИ) мощностью 350 тыс. тонн в год. При этом также увеличивались и модернизировались производствен- ные мощности в Германии — одна из последних крупных инвестиций, су- персовременный завод по производству ТДИ в Дормагене, Германия. Bayer CropScience также инвестиро- вал в свое развитие и расширение бизнеса. Таким образом, все направ- ления состояли между собой в негласной внутренней конкуренции за инвестиции… —

То есть, образовав Covestro, Bayer сделал шаг к ещё более эффективному управлению? Но не боитесь ли вы, что отдалившись от материнской компании, в Covestro потеряются известные байеровские традиции. А с ними потеряете значи- тельно больше, чем приобретете на первых порах?

— Мы уверены, что управление нашими производствами и инвестиционная политика, да и в целом управление всей компанией станет эффективнее. Отделившись по сути от фармацевтической компании, мы становимся чисто полимерным производителем и нам намного проще и эффективнее позиционировать себя именно на этом рынке. А наши главные направления — полиуретаны, поликарбонат, сырьё для ЛКМ, станут развиваться более целенаправленно. Что же касается вашей опаски за традиции, то компания Covestro образована целиком на основе Bayer Material Science, она выходит из полуторавековой истории Bayer. Мы – это компания, где в 1937 г. Отто Байер изобрел полиуретан, а в 1953 г. Герман Шелл синтезировал поликарбонат и я могу продолжать дальше, перечислять наши изобретения и инновации. Все, кто работает в Covestro, знают, откуда они, а главное — куда им идти. Мы продолжаем работать и концентрироваться на рынках, которые нам известны и интересны: на строительном, автомобильном, электронике и электротехнике. Мы тесно сотрудничаем с мебельным сектором, поставляем свое сырьё для производства това- ров спорта и досуга, текстильной и косметической промышленности…

— У многих возникает вопрос: почему компания получила совершенно новое имя Covestro и не сохранила даже части от известного Bayer MaterialScience?

— Это, мне кажется, должно быть понятно, компаниям, как и людям, с рождения присваивают имена. Другое дело, что название, которое сразу могло бы ориентировать, определять смысл деятельности и образ фирмы, придумать сложно,- ко всему прочему, многие уже используются хорошие названия. Поэтому мы нашли выход в соединении имён, точнее, в игре слов. Covestro имеет английские корни: буквы C и O от слова collaboration — оно означает совместная работа, что для нас подразумевает взаимное сотрудничество с нашими клиентами, институтами, научными организациями. Середина слова – VEST – от слова investmentsинвестиции, это ха- рактерно для нас, так как у нас много инвестиций, современное оборудование, современные заводы. Конец названия — STRO – от английского слова – strong – сильный, что для нас означает силу компании и компетентности наших сотрудников на рынке.

— Образуясь, многие компании, начинают с того, что перетряхивают штаты меняют руководителей, оправдывая это тем, что «нужен новый дух и стиль» работы…

— Для нас такой подход был бы крайностью, я уже сказал, что мы наследники байеровского духа и стиля работы и нам незачем его менять. Люди, которые работали на Bayer MaterialScience — а это около 12000 тысяч, они все полностью перешли в Covestro. Также 5000 человек перешли в Covestro из центральных сервисных отделов Bayer — это юристы, кадровики, финансисты, айтишники, корпоративные службы, технические специалисты. Мы сильная компания, с оборотом почти в 12 миллиардов евро, теперь у нас почти 17 с половиной тысяч сотрудников по всему миру, в нашем продуктовом портфеле более 10000 продуктов, 30 производственных площадок по всему миру. Да, мы идём в совершенно новое будущее для нас, но мы точно ничего и никого не перетряхиваем…

— В своё время «Байер» о своей деятельности в России и СНГ говорил как приоритетном направлении. А как «Кавестро» собирается позиционировать себя в мире?

— Мы планируем расширять своё присутствие везде. Россия же попрежнему остаётся для нас важным интересным и привлекательным рынком. Эта приверженность доказывается и тем, что здесь сразу же был открыт и офис «Ковестро», а это произошло не везде. У нас не так много региональных офисов, как было когда-то в рамках большого концерна. Для нас также очень интересны и другие страны БРИКС: Китай, Бразилия, Индия. Мы видим большие возможности для роста в этих странах.

— Многие российские производители самых разных продуктов интересуются вашими изоционатами. Вы планируете развивать в дальнейшем это направление, и, особенно скажи- те, в России?

— Что касается изоционатов, то мы активно продвигаем их по всему миру. Я уже говорил в самом начале про нашу установку в Китае. Она должна быть загружена и работать на полную мощность, что постепенно и происходит. Но, тем не менее, пока она не наберёт её, у нас не планируется других крупных инвестиций в строительство установок по производству МДИ. За последние 15-20 лет развитие индустрии полиуретанов оказалась выше, чем валового продукт ВВП.

В среднем — 5% прироста в год. Конечно, это зависит от определённых регионов. Если говорить о России, то в настоящее время по потреблению полиуретанов на душу населения она сильно отстаёт от Европы и Западной Америке. Мы ожидаем, что эта ситуация изменится. Полиуретановая индустрия растёт на глобальном уровне. Потребление продуктов, выпускаемых на основе изоционатов, растёт в автомобильной промышленности, строительстве, деревопереработке, теплоизоляции т.д.

— Учитывая спрос в России, вы не планируете построить здесь хорошую установку?

— Выстраивая свою деятельность, мы постоянно проводим мониторинг рынка. Он говорит, что для строительства такой большой установки изоцианатов, как в Китае, должна быть большая экономическая необходимость и целесообразность. В России спрос таков, что для его удовлетворения достаточно небольшой установки.

А тенденция сегодняшней химической отрасли такова, что маленькие предприятия закрываются. Их продукты становятся в буквальном смысле золотыми и не конкурентоспособными. К сожалению, российский рынок для больших проектов пока мал. И крупное производство изоционатов, построенное здесь, будет выживать за счёт экспорта. Но в других потребляющих странах уже есть такие установки. Помимо нас, на рынке есть ещё и конкуренты, у которых имеются заводы в регионах. Конечно, это глобальная история. Мы, тем не менее, рассматриваем запросы на производство любых продуктов. И если в центральном офисе видят экономическую целесообразность, то проекты прорабатываются и принимаются соответствующие решения. Мы планируем всё наперёд и задолго. Ведь в среднем, от решения принятого на начальной стадии пути до реализации уходит от 5 лет. А за пять лет может много измениться…

— Вы одна из лучших компаний в области производства поликарбоната. В России появляются и свои производители, какова ваша тактика здесь?

— Это, конечно, хорошо, что в России есть локальные производители, и продукты хорошо развиваются. Но на рынке у каждого своя ниша. Наши продукты, технологии их применения, по-прежнему представлены на российском рынке, с теми параметрами и качеством, которые удовлетворяют взыскательных потребителей. Мы в постоянном поиске тех направлений, где нужны именно наши высокотехнологичные продукты и при этом стараемся развивать их, удовлетворяя все новые и новые требования рынка. Мы ищем то, что взаимовыгодно обеим сторонам, — для нас и наших партнёров. Сейчас COVERSTRO занимается проектами намного гибче и быстрее, и эффективнее в принятии каких-либо решений. Мы принимаем решения исходя из чисто наших интересов. И предлагаем то, чего у других нет.

— И благодаря этому, вашей компании удается идти не только вместе рынком, но и впереди его?

— Для коммерческих целей и успеха это основная предпосылка для дальнейшего роста. Достаточно посмотреть на глобальные тренды. На планете увеличивается численность населения, появляется больше пожилых людей, происходит урбанизация гигантскими темпами, население Москву — это на сегодня 15 миллионов, каждый хочет иметь автомобиль, На всех этих запросах мы хотели бы создать какие-либо решения. Наша задача — это не только создавать новые инновационные продукты, она состоит в том, какими процессами мы будем создавать эти продукты. Энергетически затраты несколько десятков лет назад, с точки зрения сегодняшнего дня, были бы просто для нас неподъемны. Но все изменилось. Я говорил про наш новый завод в Дормагене, где производится ТДИ. Так вот, на этом заводе потребление энергии сокращено на 60%, а в целом на наших заводах мы добились сокращения энергетических затрат на 30%.

Повторюсь, — мы смотрим не только на улучшение качества продукции, но и на улучшение наших производственных процессов, чтобы это было хорошо и для окружающей среды, людей… Ну, и приносило прибыль, конечно. Нам необходимы деньги, чтобы инвестировать в те будущие технологии, которые улучшают жизнь людей. Мы всегда ориентируемся на то что, хотят наши клиенты. Всё это соответствует нашим новым ценностями и целям развития, на это направлены наши управленческие решения.

— Но как ваша компания строит их, на каких принципах, чтобы все это получалось?

— Приведу пример только из одной области. Сегодня в компании много молодых учёных. Они приходят в исследовательские лаборатории, получают задания и с большим интересом и увлеченностью работают над тем, чтобы изобрести что-то новое. Ну, а теперь представьте, вот они работали какое-то долгое время над новым продуктом, изобрели этот продукт, а на рынке спросу на него нет, — и что, потратили деньги в никуда?! Так как учёные не всегда думают о коммерческом результате, и, наверное, мы не в праве от них это требовать, мы создали новый отдел — Про- мышленный маркетинг, благодаря чему разработчики новых продуктов и решений работают в тесной кооперации с теми, кто продает и занимается маркетингом.

Таким образом, уже на ранней стадии разработок можно определить спрос на продукт, проверить все правовые аспекты и т. д. А это значит, что мы дадим рынку не только то, что действительно нужно, но и значительно оптимизируем расходы.

— Многие российские химики, и не только, смотрят на Bayer, простите, теперь уже на COVESTRO как на ведущую мировую компанию в области технологий. Какой ваша компания видит химию будущего?

— Сегодня полимерные материалы вы найдете везде, а наши ученые постоянно работают над улучшением свойств наших продуктов. Это не только химия, но и физика и другие области знаний. Посмотрите на фары автомобиля, в прошлом они были из стекла, сейчас это поликарбонат, причем, мы предлагаем комплексное решение уже со встроенными светодиодами, дающими света намного больше, чем обыкновенные лампы. Такой продукт значительно облегчает автомобиль, что позволяет сократить потребление топлива, а за этим следует сокращение эмиссии. Посмотрите на крыши современных стадионов — опять-таки поликарбонат, который даёт колоссальные воз- можности для творчества как дизайнерам, так и проектировщикам.

Мы всё больше углубляемся в каждый предмет, чтобы сделать химию совершеннее. Оконные рамы, помните, что было в прошлом — деревянные рамы, которые нужно было часто менять, где дуло из всех щелей. Сегодня и здесь высокотехнологичные материалы, такие как полиуретан. Если говорить про лаки – посмотрите на Европу, там давно не производят лаков на основе ацетона и наконец-то и в России появились лаки на водной основе, безопасные, как сегодня модно говорить, экологичные.

При этом акцент нашей деятельности на рынке все более смещается к тонкой работе с потребителем, мы стремимся помочь нашему клиенту решить его потребности, достичь его целей. Мы очень тесно работаем с производителями оборудования, на которое тем или иным способом перерабатывают наши продукты. Для этого в наших подразделениях есть технические специалисты. Это не просто менеджеры по продажам — это инженеры в первую очередь. Есть много областей, в которых мы можем получить что-то новое и развивать это новое.

Нас интересует, что происходит в Америке, что происходит в Европе, чего нет у нас, и что можно реализовать здесь, привезти туда. Именно эта начальная стадия доставляет огромное удовольствие в работе, потому, что начинаешь думать о проекте в комплексе, думать, какое оборудование можно поставить, какую продукцию производить, какую рецептуру сделать. Да, опираясь на инновационные подходы, мы, продаём не конечный продукт, красиво упакованный и разрекламированный, а мешки с гранулами и бочки с сырьём, но это делает нашу работу ещё более интересной.

— А как вы смотрите на санкции, они пугают Вас, не тормозят вашу деятельность?

— У нас есть своё мнение на это. Санкции по отношению к России и со стороны России по отношению к Западу – это политические вопросы. А мы занимаемся бизнесом. Развитие на российском сегодня колеблющееся. Но это же не только из-за санкций происходит. Конечно, люди меньше покупают машин, квартир, мебели и техники. Представить на сегодняшний день бизнесмена, который хотел бы купить для себя небольшой завод, беря во внимание огромный процент по кредитам, очень сложно.

Посмотрите на ситуацию в автопроме: производство автомобилей в России сильно увеличилось за последние годы. Всё шло так, что страна по их продажам должна была к 2017 году оттеснить Германию. Сейчас, к сожалению, наблюдается большой спад. Продажи упали на 40%. И таких примеров, увы, много. Ситуация сложилась непростая, и мы это чувствуем, но тем не менее держимся, преодолевая кризис вместе со всеми. В России есть нужное сырьё, энергия, много образованных людей. Кризис пройдет, и она, уверен, продолжит развитие.

 

Cтатью читайте в журнале «Химия и бизнес» № 3-4 (191) 2015
Приобрести и подписаться на журнал
Наши страницы  Facebook, Twitter, LinkId
© Химия и бизнес. Републикация информации только при указании на источник: журнал «Химия и бизнес»
с активной ссылкой на сайт chembus.ru и статью журнала.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here